Меню
16+

Общественно-политическая газета «Даниловские вести»

24.10.2019 12:47 Четверг
Категория:

Жизненная стойкость Радостиных

30 октября — День памяти жертв политических репрессий, жертвами которых пали миллионы человек в нашей стране. На протяжении двадцати предвоенных лет уничтожались целые слои советского народа: практически ликвидировано казачество, "раскулачено" и обескровлено крестьянство, политическим преследованиям подвергались и интеллигенция, и рабочие, и военные, представители абсолютно всех религиозных концессий. "Волгой народного горя" называл Александр Солженицын бесконечный "поток" репрессированных в то время.

30 октября — День скорби и памяти о миллионах искалеченных судеб. Не обошли стороной эти трагические события и семью Радостиных, жившую в х. Бобры Даниловского района еще с девятнадцатого века. Тяжелые испытания, выпавшие на долю нашей страны начала двадцатого века: первая мировая, революции, гражданская война, коллективизация, голод, Великая Отечественная война — все это отразилось на судьбе наших родственников. Страницы трагической истории страны и семьи легли в основу исследовательской работы Босова Андрея, ученика 9 "А" класса нашей школы. Чрезвычайно важно, чтобы современное поколение знало о трагедии предков и сопереживало им, пострадавшим в результате террора и ложных обвинений во время чисток 30-х годов. Об этом и пойдет речь в данной статье.

Босова Н.Г., учитель истории и обществознания

Даниловской СШ

им. А.С. Макаренко.

Моя мама (учитель истории) говорит, что историю страны XIX-XX веков мы можем изучать по истории нашей семьи. Семьи, в которой переплелись корни донских казаков Радостиных, Чекуновых, Усачевых, Носаевых; переселенцев из Украины Буртовых; немцев Поволжья Беккер.

Когда я был маленький и читал книги о Великой Отечественной войне, всегда задавал вопросы: "А кто из моих прадедов участвовал в Великой Отечественной войне?" Мне отвечали, не вдаваясь в подробности: "Некому было участвовать. Все твои прадеды к этому времени погибли". Мне стало интересно: почему, что случилось в семьях Радостиных, Чекуновых, Беккер до войны? Поэтому, работая над исследованием истории нашей семьи, выдвинул гипотезу: история нашего рода неразрывно связана с трагическими событиями истории донского казачества.

Для доказательства нами был систематизирован собранный материал только по истории рода Радостиных — моих прадеда и деда по линии матери. История рода интересна тем, что мои предки принадлежат к донскому казачеству, и политика власти к казачеству отразилась на жизни нашей семьи. История нашего рода отражает историю всего донского казачества.

Что за трагические события произошли в семьях, стране? Постепенно мне стали рассказывать о событиях, произошедших в семьях родителей, показывать документы из семейного архива. Именно это стало началом работы-исследования истории нашей семьи.

Изучая документы, разговаривая с родными людьми, я увидел, что моя семья претерпела многие лишения, выпавшие на долю нашей страны, прошла через войны, репрессии. Семейные рассказы подтверждаются документальными источниками, полученными из Волгоградского областного архива в 1997 г., документами из семейного архива. Но часть воспоминаний осталась без документальных подтверждений, т.к. были утеряны во время коллективизации и раскулачивания.

Для уточнения дат и событий пользовались специальной литературой. В описании исторического прошлого страны узнавали события, связанные с историей нашего рода. Дополнительные сведения о хуторе Бобры, его жителях, семьи Радостиных были найдены в книгах И.В. Донцова "Очерки даниловской истории" и М.Ноликова "Родимый край". Книги написаны на основе документальных источников и воспоминаний местных жителей. В них приводятся таблицы, содержащие информацию о населенных пунктах в XIX и XX вв.; помещены фотографии казаков хуторов Березовского юрта. Письменным источником для исследования был "Казачий словарь-справочник", изданный в Калифорнии А.И. Скрыловым, в котором перечисляются фамилии казаков, подвергавшихся репрессиям в 30-е годы, рассказывается об их судьбах, описываются условия в спецпоселениях Архангельской области. В работе были использованы и интернет-ресурсы.

Много информации было получено от сестры деда (Радостина Григория Ивановича) Елены Ивановны Радостиной, 1931 года рождения, которая по-прежнему проживет в х. Бобры Волгоградской обл.(Приложение 1). Она устно отвечала на интересующие нас вопросы. Будучи самой младшей в семье, она была лишена возможности учиться в школе, поэтому читать и писать она не умеет. Начатое мною исследование привлекло внимание всех родственников (Радостиных, Прошкиных, Ушаковых и др.). Поэтому материал пополнялся быстро.

Систематизируя и дополняя факты, вспоминая своих предков, пришли к выводу: мы станем ещё ближе друг другу, в нас будут крепиться любовь и уважение к своим родным и своей истории, если будем больше знать о прошлом и эти знания передавать потомкам.

Мирная жизнь

казачьей семьи

Радостиных

Семья моего прапрадеда — Радостиных Ефрема Романовича(?) и Авдотьи (отчества достоверно не сохранились ни в памяти живущих, ни в архивных документах семьи) — проживала в х. Бобры Березовского юрта Усть-Медведицкого округа земли Войска Донского. Назывался хутор в XIXв. по-разному: по сведениям 1859 г. — Бобровск-1, в нем было 45 дворов с числом жителей 194 человека, а по переписи 1873 г. — хутор назывался Бобровский, и в нем уже было 78 дворов с количеством жителей — 346 человек. В 1897 хутор назывался Бобров, в нем насчитывался 81 двор, в которых проживали 228 лиц мужского пола, в том числе войскового сословия; 265 женского пола, в том числе войскового сословия, а также 1 мещанин, 2 мещанки, 22 крестьянина, 20 крестьянок. В девятнадцатом веке Бобров был расположен под Даниловкой, потом жители переселились ближе к реке и озеру, чтобы дома не заносило песками. На новом месте жители стали рассаживать хворост, который врастал корнями, сплетая песок, и тот задерживался при любом ветре.

Церкви в хуторе не было. Отправляли религиозные потребности казаки в станице Березовской или в соседнем хуторе Заплавском. В конце XIX века для удовлетворения религиозных потребностей населения в хуторе был открыт Покровский беглопоповский молитвенный дом, т.к. в хуторе проживало много семей староверов.

В хуторе имелось правление, которое возглавлял выборный атаман.

В семье Радостиных было 7 детей: Алена(1882 -?), Марфа (1882-1973), Аксинья, Апраксиния, Василий (1882-?), Григорий (?), Иван (1895-?). Рождение мальчика в семье казака считалось большим счастьем, т.к. каждый мужчина при рождении получал земельный надел — пай. Казачье сословие было полупривилегированным. "Для того казак родится, чтоб царю на службе пригодиться" — гласит старинная казачья поговорка. Служба казака по закону 1875 продолжалась 20 лет, начиная с 18-летнего возраста: 3 года в подготовительном разряде, 4- на действительной службе, 8 лет — на льготной и 5лет в запасе. На службу каждый являлся со своим обмундированием, снаряжением, холодным оружием и верховой лошадью. Чтобы выполнить это условие, казаку полагался надел земли. На семью казака была определена паевая норма в 30 десятин пахотной, луговой и степной зоны. За пользование наделом и освобождение от налогов казак и обязан был нести военную службу.

"Пахотная земля семьи Радостиных была далеко от хутора (рядом были пески, почва малоплодородная), около р. Бузулук. Хозяйство было крепким. Основным хозяйственным занятием семьи было земледелие. И Ефрем Романович, и его сыновья были работящими: могли сами вытесать грабли с деревянными зубьями, коромысла для воды, цепа для обмолота, топорища, рукоятки к молотку, долоту, стамеске, черенки к граблям, косам, лопатам. А так как жили около озера и леса, то любили и рыбу ловить, и на охоту ходить. Несмотря на свое трудолюбие, не справлялись со всей работой, поэтому применяли труд годовых и сезонных батраков". По воспоминаниям моего деда, у бобровских казаков была еще дополнительная обязанность: каждый год делать санитарную вырубку хвороста (краснотавложанника) на закрепленном за каждой семьей участке, чтобы хутор не засыпало песком.

Детей в семье воспитывали в строгости, с ранних лет они работали. Мальчики пасли скот, работали в поле, а девочки помогали по хозяйству: пололи огороды, вязали, стирали, мыли полы. Каждый казачонок ежедневно учился работать, перенимая опыт старших. Мы не знаем, был ли Радостин Ефрем грамотным или нет, но своим сыновьям он дал образование. Обучались они в хуторской школе. Дочерей выдал замуж в соседние хутора: Рубежный, Ловягин, Заплавский, ст. Березовскую. Женил и сыновей. Иван Ефремович взял в жену казачку из хутора Попов Марию Ильиничну Усачеву (1895-1981).(Приложение №2). Семья Усачевых была бедной, в семье, кроме Марии, было еще восемь детей. Сам глава семьи работать не любил, по словам Радостиной Е.И., "был лодырем".

Все Радостины: Ефрем и его жена Авдотья, сыновья — Василий с женой Софьей, Иван с женой Марией, Григорий с женой Марией и их дети — жили одной семьей, в одной хате.(Мама помнит этот дом, в советское время в нем находился магазин). Хата — пятистенка с чуланом, обмазанная глиной, побеленная мелом. Крыша была крыта чаканом. Катухи (сараи) были из плетня, обмазанного глиной. Внутри двора была саманная мазаная летняя кухня с глиняным полом; погреб, выложенный из камней. Во дворе колодец с журавцом. Был и огород, который находился около озера.

Несмотря на большую семью, Радостины жили дружно. Главу семьи уважали, к его слову прислушивались. Детей приучали к труду. В 1913 г. у Василия и Софьи родился сын Александр. А у Ивана Ефремовича с Марией в 1914 г. родился их первенец — Иван.

Хутор разрастается, число жителей увеличивается. Но мирная жизнь закончилась: в 1914 году началась первая мировая война. В этом же году урядник Радостин Василий Ефремович избирается хуторским атаманом. (Звания младшего урядника и старшего урядника соответствовали званию младшего унтер-офицера и старшего унтер-офицера соответственно. В военное время урядник мог командовать 26 всадниками (взводом) (Приложение № 3). По воспоминаниям Е.И. Радостиной, В.Е. Радостин ушел вместе с другими казаками на войну. По письменным источникам выяснили, что он сражался в 4-й сотне 49-го Донского казачьего полка. Воевал или нет Иван Ефремович, мы не знаем, сведения об этом не сохранились. В 1915 г. в хуторе было 82 двора, и в них проживали 318 лиц мужского пола и 290 женского пола; земельное довольствие казаков хутора составляло 2 751 десятин.

Казаков ждали с победой. Все изменил 1917 год.

Можно сказать, что дореволюционная жизнь семьи Радостиных была похожа на жизнь всех казачьих семей Войска Донского. Жили для себя и детей, служили верой и правдой царю и Отечеству.

Трагические страницы

в истории страны и семьи

1917 г. Революции, сначала Февральская, а потом и Октябрьская, потрясали основы государственности. Разразилась гражданская война — худшее, что может случиться в истории страны. Казачество, как и все российское общество, оказалось расколото на два непримиримых блока: "белые" — враги нового революционного порядка, и "красные" — сторонники большевистской революции. Воевали сын против отца, брат против брата. Разошлись пути и братьев Радостиных. Василий Ефремович со словами: "Нам есть что защищать" ушел сражаться за белых. Григорий Ефремович — по обстоятельствам: наступают белые — на стороне белых воюет; наступают красные — к красным переходит. А наш прадед — Иван Ефремович сказал своим братьям: "Как бы мы ни цеплялись за свою старую жизнь, победят красные" и пошел служить в Красную Армию вместе с другими казаками из х. Бобров. Воевал он в армии Миронова, в 23-й стрелковой дивизии 201-го стрелкового полка вместе с бобровскими и заплавскими казаками. Их отец -Ефрем Романович подходил к выбору лагеря своих детей с точки зрения выгоды. Обращаясь к своему сыну Василию, он говорил: "Иди к красным. Там и одет будешь, и обут, и сыт".

Хутор Бобров переходил из рук в руки много раз; то белые займут, то красные. Хозяйство Радостиных стало разоряться. В 1919 г. Дон охватила эпидемия тифа. Умерли от тифа Ефрем Радостин, его сноха, жена Василия — Софья. Позже Василий Ефремович женился на Марфе, у которой была приемная дочь Ефимия. В огне гражданской войны погиб Григорий. Он был ранен в бою на р. Терса под Еланью, когда служил в Красной Армии, и привезен домой. От ран скончался. Осталась вдовой его жена Мария, а сын Василий — сиротой. В 30-е годы Мария была осуждена за утайку колхозного зерна. Вернувшись из заключения, она ушла работать в совхоз "Профсоюзник". Их сын Василий воевал в Великой Отечественной войне, погиб.

После окончания гражданской войны Василий и Иван вернулись в родной хутор. Стали по-прежнему жить одной семьей в родительском доме. В коммуну "Путь бедняка", которая была образована хуторскими бедняками, они не вступили. В годы нэпа сумели восстановить хозяйство, увеличить поголовье скота: волов, коров. Пользуясь тем, что советская власть в годы новой экономической политики разрешала аренду земли и применение наемного труда , Радостины арендовали до 50 гектаров земли и нанимали на работу батраков. Они считались зажиточными, хотя Радостина Елена Ивановна говорит, что их богатство было в скотине, а сами ходили в штанах из холстины. В хозяйстве работали все от мала до велика. В семье Радостина Ивана Ефремовича родились еще три сына: Семен (1923 -1980), Виктор (?), Григорий(1929-2002 г). (Приложение №4).

По семейной легенде, наш прадед умел гадать по книге, найденной в годы гражданской войны. По воспоминаниям его жены, Марии Ильиничны, он предсказал и свою смерть, и смерть своего сына Виктора. Говорил: "У меня четыре сына, одного я должен отдать Богу". Очень сокрушался Иван Ефремович, что передать свой дар некому: "Иван (старший сын) — непутевый, у Семена (средний сын) — нос в табаке, а Гринька (младший) — маленький еще".

Так и жили, работали и личное хозяйство укрепляли. Начали строить новый дом в надежде на лучшую жизнь.

Но в 1927 году в СССР началась коллективизация, начали создаваться колхозы. Основные активные действия по проведению коллективизации пришлись на январь-март 1930 года, после выхода Постановления ЦК ВКП(б) от 5 января 1930 года "О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству". В постановлении была поставлена задача: в основном завершить коллективизацию к концу пятилетки (1932), при этом в таких важных зерноводческих районах, как Нижняя и Средняя Волга и Северный Кавказ,- уже к осени 1930 или весной 1931гг. В январе того же года было принято Постановление Политбюро ЦК ВКП(б) "О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации".

Чтобы спастись от раскулачивания, семья Радостиных разделилась. Из двора выделились Радостин Иван Ефремович с сыновьями. Семья ушла в недостроенный 2- комнатный дом стоимостью 300руб., при нем был амбар вербовый (50 руб.), два катуха (10руб.). Надельная земля распределялась пропорционально на всех членов семьи. Семье выделялось имущество и скот: две коровы — 100 руб., пять гуляков — по 50 руб., один жеребенок — 35 руб., восемь овец — 48 руб., один бункер — 12 руб., одна борона — 10 руб., один плуг — 5 руб., один рыдван — 3 руб. Одежда распределялась пропорционально на всех членов семьи. Раздельная запись была зарегистрирована в подворной книге Березовского сельского совета 28 апреля 1930 г.Стал наш прадед Иван Ефремович середняком.

Семья Радостина Василия Ефремовича осталась в родительском доме.

И.Е. Радостин принял и на этот раз новые порядки, вступил в колхоз. Казалось, что беда миновала. Но вспомнили колхозные активисты старое, и состоялось заседание с/совета 20 декабря 1933 г., на котором постановили: хозяйство признать кулацким, потому что с 1927 по 1929 имел аренду земли до 50 га, 8 пар волов, 6 коров, две лошади, 15 голов молодняка, применял наемную силу, были годовые и сезонные батраки. Вынесли решение: просить правление исключить семью из колхоза. (Приложение 5). На следующий день описали имущество кулацкого хозяйства И.Е. Радостина: дом 2- комнатный — 200 руб., три катуха — 10 руб., корова — 150 руб., телок — 100 руб., домашняя утварь и одежда стоимостью меньше 2 рублей. Общая сумма не указана.

Отнесли середняка И.Е. Радостина к третьей категории кулацкого хозяйства. Выселили семью на кулацкую точку №3 "Крепь". В лютый мороз 2 февраля с пятью маленькими детьми: Иваном, Семеном, Виктором, Григорием и Еленой выселили в землянку в том, что было только на них надето. Ничего брать с собой им не разрешили, даже запасы еды.

Семья Радостина Василия Ефремовича осталась в родительском доме.

Его отнесли ко второй категории кулаков, выслав с семьей в спецпоселение "Островки" Архангельской губернии, где он и умер от невыносимых условий жизни и тяжелой работы.

Существует еще одна версия причины раскулачивания середняцких хозяйств Радостиных. Хуторяне утверждали, что колхозный активист Усачев Григорий служил в белой армии и потом прятался в лесу, где и видели его братья. Вот он и решил из хутора убрать свидетелей.

Семей Колпиковых, Красновых(сестер Ивана и Ефрема) репрессии не коснулись.

А семья моего прадеда И.Е. Радостина жила на точке "Крепь". Его заставили работать на принудительных работах: сначала — на пароме через р. Медведицу, потом — устанавливать столбы, тянуть электролинию. А Мария Ильинична, оставляя детей в землянке, ночью пробиралась мимо охраны и шла в ст. Березовскую к родственникам за продуктами. Потому что на точке давали только горсть муки, которую не на чем было сварить.

Иван Ефремович не оставлял надежду на то, что произошла ошибка. И обратился с заявлением в Березовскую особую комиссию, в котором он просит вернуть его и семью и восстановить в правах гражданства как бывшего красноармейца. Семье разрешили вернуться в родной хутор, но ни дома, ни имущества у них не было. В их доме жила уже другая семья, а имущество было разобрано односельчанами, скот угнан на колхозный двор. Родительский дом был перестроен под магазин. Пришлось жить им в бывшем свинарнике. Беда не приходит одна. Через хутор в Даниловку перегоняли первые трактора. Все дети выбежали смотреть на них. Виктор Радостин подошел ближе всех и попал под колеса. Так сбылось предсказание Ивана Ефремовича. В суде, на котором судили тракториста, Иван Ефремович простил его, потому что у того было пятеро детей.

Иван Ефремович работал монтером в станице Березовской. По рассказам его жены (М.И. Радостиной) в один из ноябрьских дней 1934(35) года, уходя на работу, сказал: "Ну, мать, сегодня ты меня не жди, умру я". Она посмеялась в ответ, серьезно не восприняла его слова. А вечером пришли с извещением, что сорвался Иван Ефремович со столба, когда когти стальные соскользнули, а пояса страховочного не было. Земля была мерзлой, снега не было, и разбился он насмерть. Предложили: " Хочешь — хорони сама, а если не можешь — организация возьмет все похороны на себя". В семье денег не было, детей оставить было не на кого, и похоронили И.Е. Радостина в станице Березовской, где он и разбился. Никто не знал и не знает сейчас, где его могила, и записи в документах ЗАГСа о его смерти тоже нет.

Семье разрешили переселиться в свой дом. В голодные годы Марию Ильиничну чуть не арестовали по доносу за то, что в кармане принесла зерно детям. Пришлось ей стоять на коленях на заседании правления колхоза, просить прощение, обещала, что больше ничего брать из колхоза не будет. Поверили и простили. Но ни и одеть, ни есть нечего было. Пришлось им свой крепкий дом обменять на полуразвалившуюся хату, получить в доплату мешок зерна и овцу. А когда совсем было плохо, приходилось самым младшим — моему деду и его сестре Елене просить милостыню. Эти голодные годы он помнил всю свою жизнь. По воспоминаниям моей мамы, дед Гриша часто говорил: "Хлеба плохого не бывает. Хлеб есть хлеб".

В результате осуществления политики коллективизации и раскулачивания от большой казачьей семьи Радостиных в Бобрах остались только Мария Ильинична и её дети: Иван, Семен, Григорий и Елена. Тяжела была их жизнь без отца. Получить 7-летнее образование смог только Семен. У моего деда Гриши в графе "Образование" стояло "4 класса", но на самом деле он имел один класс образования, потому что на всю семью была только одна пара теплой обуви. Ходили они в школу только осенью, а зимой сидели дома. Так он начинал учиться 4 года, а потом бросил совсем, потому что было стыдно за свою нищету. А его сестра, Е.И. Радостина, так и не смогла научиться читать и писать.

Старший их брат Иван без документов уехал в Москву, где его арестовали за нарушение паспортного режима и отправили в Караганду добывать уголь. Поэтому на фронт в Великую Отечественную войну он не попал. Воевал Радостин Семен Иванович, он был призван в армию в 1945 г., участвовал в событиях на Дальнем Востоке, был ранен и контужен в боях с Японией.

А моему родному деду выпала вся тяжесть работы в тылу. Когда началась война, дед Гриша выполнял в колхозе разные работы. Он был помощником тракториста, следил за заправкой семян в сеялки, пас колхозных коров, заготавливал сено, особенно нравилось ему ухаживать за конями. Обуви в семье на всех не хватало, и ранней весной ему приходилось на прицепе стоять босиком. На быках вместе с другими подростками отвозили зерно на станцию Себряковскую. Семья жила очень трудно, денег им не платили, только ставили палочки — трудодни. Хотя лес был рядом, топить печь было нечем, так как рубить деревья без разрешения нельзя было. Елена Ивановна вспоминает, как ловили в озере ракушки, варили их, и она относила брату в поле на обед. Не хватало и хлеба. Варили крапиву, ракушки, лебеду, дробили жёлуди и добавляли их в муку, чтобы испечь лепёшки. Все пережили. Радовались Победе вместе со всеми, потому что это была и их победа.

Жизнь общества, семей зависит от власти и от сложившейся в государстве политической системы. В результате осуществления политики коллективизации и раскулачивания были уничтожены не только единоличные хозяйства, но люди. Семья Радостиных — тому пример.

Жизненные силы

Радостиных

Послевоенные годы в хуторе тоже были трудными. Познали голод в 1946-47 гг., тяжелая работа в колхозе легла на плечи подростков и женщин, так как многие мужчины не вернулись с фронта. Деда Гришу призвали в армию в 1951 году из Перми, где он находился на заготовке леса для колхоза, куда он поехал вместо своей сестры Елены. Все три года (1951 -1954) служил в Германской Демократической Республике. Свою службу всегда вспоминал с теплотой: там он впервые наелся вдоволь, стал командиром отделения автоматчиков, приобрел много товарищей. В 1960 г. женился на Чекуновой Зое Васильевне, жительнице х. Заплавский. (Приложение № 7).

Их судьбы были похожи. Родилась она в казачьей многодетной семье, глава которой Чекунов Василий Федорович, казак хутора Заплавский, был обвинен в участии в контрреволюционном заговоре и был репрессирован в 1937 г. (Найдены документы в архивах ФСБ). В годы войны с 1942 г с 15-ти лет Зоя стала работать трактористкой в Краснопартизанской МТС Комсомольского района. Их бригада состояла из таких же молодых девушек. Трудиться им приходилось день и ночь. Тракторы, на которых работали девушки, были сделаны из железа, даже колеса, на них очень трясло на кочках, они не имели кабины. Во время пахоты ранней весной и поздней осенью надо было терпеть дождь, снег, ветер, пыль. После войны обучалась в школе механизации. Ей очень нравилось учиться, и она очень гордилась тем, что все выпускные испытания сдала на отлично, получив квалификацию "Тракторист I категории". В МТС проработала трактористкой 15 лет. Познала тоже нужду, обвинения в том, что они с сестрами — дети врага народа. Но не очерствели души Радостиных. Всю свою любовь они вложили в своих дочерей: Надежду и Наталью. Честно трудились всю свою жизнь. Григорий Иванович Радостин был хлеборобом, животноводом; Зоя Васильевна работала в колхозе.За добросовестный труд были награждены медалями "За трудовое отличие", отмечены почетными значками, грамотами, стали ветеранами труда. За добросовестный труд бабушка была награждена поездкой в Москву на ВДНХ. Зоя Васильевна вспоминала, как была поражена отличием жизни колхозной и московской, обилием товаров. Купленные ею в Москве шерстяной костюм и крепдешиновое платье висели всю ее жизнь в шкафу. Теперь хранятся в семье ее старшей дочери как память о ней.

Дед Гриша был прекрасный рассказчик, это от него мы многое узнали о своих предках, любил читать, при любой возможности заходил в книжный магазин и покупал книги. Привил эту любовь и своим дочерям. А баба Зоя мечтала стать учителем, эту мечту она передала моей маме и тете. Они окончили педагогический институт и работают учителями истории и русского языка. Очень гордились, что, несмотря на трудности, построили свой дом, создали все условия для жизни и учебы своих детей.

С советской властью дедушка и бабушка примирились: единоличную жизнь они не помнили, голодное детство пережили, дедушка вступил в ряды Коммунистической партии, очень переживал за колхозные дела и расстроился, когда колхоз "Родина", в котором он проработал всю жизнь, распался. К сожалению, тяжелая жизнь в детстве и юности не прошли для них бесследно: Зоя Васильевна ушла из жизни в 1989 году в возрасте 62 лет, Григорий Иванович в 2002 году в возрасте 72 лет.

А в 1998 году была восстановлена справедливость: Радостин Иван Ефремович(1895 г.р.), Радостина Мария Ильинична (1895 г. р.), Радостин Григорий Иванович (1929 г. р.), признанные в 1933 г. лицами социально опасными по классовому признаку, были реабилитированы. (Приложение №6). К этому времени в живых остались только Радостины Григорий и Елена. Но жизнь продолжается в их детях и внуках.

ЧТИМ И ПОМНИМ

СВОИХ ПРЕДКОВ

Тяжелые испытания, выпавшие на долю нашей страны начала двадцатого века: революции, гражданская война, коллективизация, голод, Великая Отечественная война, отразились и на судьбе наших родственников. Но главные качества старшего поколения: достоинство, честь, трудолюбие, вера, душевная стойкость помогли им остаться достойными гражданами своей страны.

Несмотря на трудные времена, семья Радостиных сумела выстоять и выжить благодаря нравственным качествам, умению надеяться только на себя в сложное время.

В нашей семье чтят и помнят своих предков, разделивших судьбу нашего народа и ставших тем винтиком истории, без которой она не может существовать.

Андрей БОСОВ,

ученик 9 класса

Даниловской СШ

им. А.С. Макаренко.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

3